Автор: High temperature
Пэйринг: КояШиге
Рейтинг: PG-13
Жанр: Сказка, Romance
Предупреждение: AU, OOC, впрочем, я как всегда. Очередной кинк - лисы
читать дальше
Право собственности - совокупность правовых норм, закрепляющих состояние принадлежности чего-либо за отдельными лицами или коллективами и основанные на этом правомочия владения, пользования и распоряжения указанными вещами.
(«Большая советская энциклопедия»)
(«Большая советская энциклопедия»)
В деревушке N быть мужчиной обозначало быть рабом. Каждый представитель сильного пола, с утра до вечера обеспечивал семью продовольствием, убирался, готовил, работал в поле и ухаживал за скотиной, воспитывал всех, кто был младше его по возрасту, защищал родную деревню и прочая, прочая, прочая… Боги говорили жителям N, что женщины священны. Их нужно любить, почитать, обеспечивать. Хотя каждый юноша рано или поздно начинал догадываться, что все это потому, что главной богослужительницей является именно женщина и кому как не ей придумывать божественные законы. Каждому юноше N предстояло жениться в 18 лет и до конца своей жизни прислуживать своей избраннице, которую он, впрочем, вовсе не избирал. Обычно невест навязывали матери. В деревушку стекались девушки со всех окрестностей, еще бы – кому же не хотелось быть богиней для своего мужчины! И скоро должны были нахлынуть с новой силой, потому что одному из юношей деревушки – Шигеаки Като – как раз через несколько недель должно было исполниться восемнадцать…
…- Шиге! – средний сын в семье Като проснулся от того, что его немилосердно толкали в бок. Повернувшись, он увидел старшего брата – Тайодо – Ты почему еще спишь?
- Еще даже петухи не кричали, Тайо… - Шигеаки вновь прикрыл глаза
- В том то и дело, дурья твоя башка! Вставай скорее, пока все еще спят, и беги на охоту! Убираться сегодня, так и быть, буду я.
- Охота! – сон Шиге как рукой сняло – Охота! Конечно, я уже собираюсь! Спасибо, Тайо! С меня причитается! – парень моментально оделся и, прихватив ружье и охотничью сумку, выбежал на улицу. Шагать босиком по росистой траве было верхом блаженства и, отойдя достаточно далеко от деревушки, Като счастливо рассмеялся и вприпрыжку кинулся в лес. До обеда можно будет бродить, где вздумается, делать, что захочется, мечтать и наслаждаться жизнью. Удивительно, что Тайодо поменялся с ним обязанностями на сегодня… Прекрасно, что он это сделал!
Первым делом, Шигеаки решил проверить свои хитроумные ловушки, которые он поставил вчера вечером, когда удалось сбежать из дома. Две были пусты, а вот в третью кто-то попался. Увидев издалека то, что на поляне кто-то есть, Шиге издал победный клич, но, подойдя поближе, разочаровался. В ловушку попалась лиса, а какой с нее толк? Ценен только лисий мех, но у этой он был удивительно куцым и свалянным. Завидев Като, животное оскалилось, шерсть на загривки встала дыбом, лиса рванулась, еще больше запутываясь и тихонько заскулила.
- Ты, глупое создание, не трепыхайся. Я ведь не собираюсь тебя обижать. – Шиге присел на землю возле ловушки и посмотрел в большие шоколадные лисьи глаза – Я тебя освободить хочу. Очень ты мне нужна такая тощая…
Животное, как будто понимая слова Шигеаки, презрительно тявкнуло и гордо отвернулось. Като засмеялся и достал из сумки нож, осторожно перерезая веревки, которыми была опутана лиса. Ловушку было жалко, но зверя было жалко гораздо больше: не виновата же лиса в том, что она попалась в ловушку для зверей, представляющих, в отличие от нее, гастрономическую ценность.
- Вот и все, лисичка, можешь себе бежать куда захочешь – ты свободна! – Като убрал нож обратно и смело коснулся лисьей морды. Та не стала отстраняться, а задумчиво обнюхала ладонь парня и лизнула ее горячим мокрым языком. Шиге вновь засмеялся и бодро пошагал глубже в лес в поисках дичи. Пройдя уже достаточно много и подстрелив какую-то мелкую птицу, Шигеаки заметил, что лиса бежит за ним.
- Эй, лиска, чего тебе? – Шиге замер.
Лиса ему не ответила, насторожилась только, шевельнув ухом, и посмотрела прямо в глаза Шигеаки. Като вздрогнул: настолько человечьим был лисий взгляд. Вдруг она мотнула головой, напряглась и огненной стрелой метнулась в кусты. Шиге терпеливо ждал, что же произойдет. В кустах слышался писк, возня, рычание, а потом лиса выглянула оттуда, как показалось Като, с очень лукавым выражением морды. Выждав еще несколько мгновений, зверь триумфально вынес из кустов и положил к ногам Шигеаки пойманную им куропатку, радостно тявкнул и поднял на Като свои довольные глаза. Шиге присел на корточки и взглянул на лису.
- Это мне, да? – он кивнул на куропатку. Лиса тявкнула и склонила голову на бок. – Спасибо. – Като взял птицу и положил ее в охотничью сумку – А что я могу для тебя сделать?
Лисы, конечно, не умеют улыбаться, но Шигеаки показалось, что оскалилась лиса именно радостно и тявкнула еще раз.
- Ладно, я что-нибудь придумаю. – Като встал и пошел еще глубже в лес. Лиса продолжала бежать за ним. Подстрелив еще несколько птиц и уже притомившись, Шиге был собой не доволен: убитой дичи было не очень много для его большой семьи. Время приближалось к обеду, становилось жарко, и Като решил, что пора возвращаться домой. Уже почти выйдя из леса, Шиге услышал, как лиса, все еще бегущая за ним, тревожно затявкала.
- Что случилось, лисонька? – насторожился Като. Зверь немного покружил на месте и кинулся куда-то за деревья. Через несколько мгновений на опушку выскочил заяц, а лиса с повизгивающим тявканьем гналась за ним. Шиге тут же отреагировал, вскинул ружье и, прицелившись, выстрелил. Ему показалось, что он не попал, но заяц, вскинулся и упал замертво. Лиса одобрительно взвизгнула и, взяв зайца в зубы, потрусила к Шигеаки. Вновь положив убитого зверя к ногам парня, лиса отбежала на пару шагов и, высунув язык, счастливо посмотрела на Като.
- Спасибо – парень убрал зайца в сумку и поманил лиску к себе. Зверь подошел чуть опасливо и мотнул хвостом. Шиге ласково улыбнулся и потрепал животное по черно-рыжим треугольным ушам. Лиса еще раз мотнула хвостом и лизнула ладонь Като, потом поставив лапы ему на колени, требовательно посмотрела ему в глаза и, как показалось Шиге, попросила нагнуться. Когда лицо Шигеаки оказалось вровень с мордой лисы, она лизнула его щеку, ткнулась холодным мокрым носом в шею и почему-то стыдливо отбежала чуть в сторону.
- Ты – самая странная лиса из всех, которых я когда-либо видел. – признался Шиге и пошел в сторону деревни. Лиса бежала за ним, правда на некотором расстоянии. – Слушай, - он повернулся к животному – чего ты за мной увязалась? Вот что мне с тобой делать? Не будешь ведь тебя дома в качестве собаки держать…
Лиса одним скачком преодолела разделяющее их расстояние и преградила Като дорогу. Посмотрев на него укоризненно, зверь подошел ближе и ткнулся носом в охотничью сумку.
- С тобой на охоту ходить предлагаешь?
Лиса тявкнула согласно и, по-кошачьи, потерлась о ноги Като.
- Ладно, я подумаю – пообещал Шиге зверю, и они пошли в деревушку вместе. Лиса отстала немного, изучая деревенский пейзаж, поэтому Шигеаки пришлось бегом возвращаться, когда он услышал женский визг:
- Лиса! Батюшки мои святы! Она же всех кур передушит! Любимый, где у нас ружье?!
- Какое ружье?! – Като вбежал в чей-то двор и схватил в охапку, перепуганного громкими криками и хаотичными перемещениями женщины, зверя. – Это моя лиса, ясно? И никого она трогать не станет! – Шиге зарылся лицом в грязную лисью шерсть, успокаивающе поглаживая ее трясущееся тело и тихо шепнул – Успокойся, лисичка. Пока я рядом – тебя никто не тронет…
Лиса сразу перестала дрожать и обмякла, впрочем, зло оскалив зубы, на крикливую женщину.
- Шигеаки, ты где вообще шлялся сегодня? – переключилась склочница на парня – мать твоя в гости заглядывала, сказала, что ты с утра пропал куда-то, а дома скот не кормлен! А брата кто нянчить будет? А он тут, видите ли, с лисами якшается!
- Не Ваше дело, где я был и что я делал, ясно? – ответил Като с вызовом – пойдем, лисонька, домой.
- Вот паразит… Говорила я его матери: «Не рожай, Хиноки, этого ребенка, он много несчастья тебе принесет. Совсем на остальных мужчин не похож, женщин не ценит…» - принялась ворчать, желавшая застрелить лису, но ее уже никто не слушал…
…- Шигеаки, кто это с тобой? – Тайодо, куривший на крыльце дома, заглянул за спину брата.
- Лиса – ответил средний из братьев Като, сбрасывая с плеча сумку.
- А то я не вижу, умник – Тайо прищурил глаза.
- А раз видишь, зачем тогда спрашиваешь?
- Не хами старшим! Совсем распоясался! – Тайодо замахнулся было на брата, но потом примирительно похлопал его по плечу – Зачем ты ее с собой-то привел?
- Она сама увязалась – Шиге был уже не рад, что позволил зверю идти за ним. Чувствовалось, проблем теперь не оберешься.
- Сама увязалась – передразнил его старший брат и сплюнул – Пристрелил бы ее, в конце концов! Вот зачем она нам сдалась?
- Знаешь, какая она умная? – Шигеаки стало обидно за лису: чего же ее сегодня все пристрелить хотят? – Я буду с ней на охоту ходить! А еще она меня слушается, совсем ручная. Гляди – Като повернулся к зверю и поманил его пальцем - Лисонька, подойди ко мне.
На глазах ошалевшего Тайодо, лиса послушно приблизилась к Шиге и села у его ног.
- Дай мне мою сумку с дичью, пожалуйста – попросил средний из братьев Като лису, и она взяла в зубы сумку и поднесла ее к Шиге – Вот видишь! С ней не будет проблем! Она у меня умница!
Лиса тявкнула, подтверждая то, что она исключительно хорошее и добропорядочное животное, с которым не будет никаких проблем. Тайо улыбнулся:
- Ладно, господь с тобой. Пускай живет у нас твоя лиса. Только от матушки ее спрячь, ты же знаешь, как она животных не любит. Пусть в конюшне живет, матушка туда не заходит.
Шиге утащил из дома несколько теплых тряпок и выложил лисе уютную лежанку. Потом он накормил ее одной из пойманных птиц и решил выкупать и вычесать ее, но, к своему несчастью, попался матери на глаза.
- Ты где весь день был? – поинтересовалась она ледяным голосом, откидывая свои еще почти не поседевшие волосы с лица.
- На охоте – Шиге робко вжал голову в плечи. Мать свою он боялся сильнее даже божьей кары.
- Или просто гулял, как всегда? Принес что-нибудь?
- Да, уже дома… Мам, я хотел вычистить лошадей, можно мне в конюшню?
- Никакой конюшни! Ты сегодня весь день гулял, еще и вечер хочешь в безделье провести? Готовь ужин и дуй в поле к отцу, ясно?
- Хорошо – Шигеаки еще ни разу в жизни не посмел ослушаться матери. Он знал, со слов всех соседок, что все отговаривали его мать рожать сына, зачатого в день полнолуния. Да еще и родился он, как назло, в миг солнечного затмения и теперь чувствовал себя виноватым перед матерью, потому что, по словам тех же соседок, приносил ей одни горести и несчастья. На крыльце он, опять же, столкнулся со старшим братом.
- Тайодо, – Шиге умоляюще сложил руки на груди – будь другом, сделай одолжение. Я лисе пообещал ее искупать и вычесать, а меня матушка отправила ужин варить. Не мог бы ты сходить в конюшню и сказать лисичке, что я приду к ней попозже?
- Шиге! Ей Богу, ты совсем с ума сошел! Это ведь животное, они не понимают человеческой речи! Что толку от того, что я ей о чем-то скажу. Тем более я занят – ищу платья Нигаи, ты их не видел случайно? Она говорит – на лавке лежали.
Шигеаки нервно хихикнул и покраснел:
- На лавке говоришь… Видел, да… Я из них лиске кровать сделал… - он ожидал тумаков и затрещин, но Тайодо громко рассмеялся.
- А там им самое и место! – он еще раз басовито расхохотался – Ладно, схожу к твоей лисе.
Шиге, преисполненный благодарности к брату, бросился готовить ужин. Действие это очень осложнялось беспрестанными и глупыми советами жены брата – Нигаи и их тетушки – Охико, которым не чем было заняться, а, значит, всенепременно нужно было учить кого-то жизни.
- У! Балаболки! – разозлился Шигеаки через какое-то время – Сами готовьте, раз такие умные! Спасу нет с вами! Все уши прожужжали!
- А ну не хами старшим – пригрозила ему Охико-сан – Матери расскажу. Ты, к слову, молока мало добавил и…
- Да ну вас к черту! – и средний из братьев Като, не доварив ужин, самым бессовестным образом сбежал к отцу на поле. Таскэ-сама – раньше времени поседевший, но еще крепкий мужчина, и младший из братьев – Сёши, сидели под раскидистым деревом и не занимались абсолютно ничем. Откуда было их матери, никогда не занимающейся хозяйством, знать, что все посевные работы давным-давно окончены и на поле мужчины сбегали в поисках тишины и спокойствия.
- Здорово, папка! – Шиге сел на землю возле отца, и Сёши тут же забрался к нему на колени.
- Чего, сынок, измученный такой? Опять бабы плешь проели? – он белозубо улыбнулся.
- Да уж. Ничего не делают, так хоть бы молчали! – Шиге взял кувшин с молоком и наконец-то, первый раз за день, хоть чем-то наполнил свой желудок – Горе с ними, хоть из дома беги!
- Я когда вырасту точно сбегу, если ты меня, папка, жениться заставишь. – заявил Сёши, чем очень развеселил старших.
- Я-то уж не заставлю, будь покоен. Чего ж мне своему сыну желать того, чего и врагу не пожелаешь… - Таскэ-сама вздохнул – А мать все равно заставит. Я, в свое время, убегал из дома пару раз, от женщин подальше. Находили и возвращали.
Шиге усмехнулся невесело:
- А вот я сбегу. Прихвачу лису и… - тут средний из братьев Като понял, что проговорился.
- Какую такую лису? Договаривай, раз уж начал.
- Да я сегодня на охоту ходил с утра и за мной из леса лисичка увязалась. Она теперь в конюшне будет жить, так что вы, если что – шум не поднимайте. Это моя лиса, ручная – в конце концов, отец бы все равно заметил лису в конюшне, и лучше было бы, если бы он знал, что она домашняя.
- Ух ты! Лисичка! – обрадовался Сёши – А ты мне ее покажешь?
- Обязательно – пообещал Шигеаки.
- С лисой так с лисой беги – усмехнулся Таскэ-сама – матери только не говори, ты же знаешь, как она не любит животных.
- А я люблю – склонил головку младший из братьев Като
- А нашего мнения, сынок, в этой жизни никто и не спрашивает…
…Дома Шиге устроили разнос, за то, что он сбежал, не доварил ужин и вообще вел себя сегодня просто безобразно. Отец и старший брат, конечно, пытались его защитить, но их, действительно, никто и не спрашивал, и не слушал. В конце концов, разозленная мать придумала сыну наказание… ночевать в конюшне, не зная, как она его, на самом-то деле осчастливила. Кстати, Тайодо, все-таки вымыл и вычесал лиску, правда это не обошлось без травм, потому как лиса, оказалось, никого, кроме Шиге не признавала и с чувством покусала несчастного Тайо.
- Шиге, а покажи лиску – привязался к парню Сёши, когда тот пошел в конюшню, устраиваться на ночлег.
- Тише ты – зашипел на малыша средний из братьев Като – мама услышит и не будет у нас никакой лиски. Пойдем, только ненадолго. Если что, скажешь, что я тебя в туалет водил, ясно?
- Ага – глаза мальчишки горели радостно. Еще бы – ему никогда не разрешали заводить домашних питомцев.
- Лисонька моя… - тихо позвал Шигеаки, остановившись в дверях конюшни – Лиска, лисичка, выходи. Это я – Шиге… - В темноте молниеносно мелькнуло что-то рыжее, и вот зверь оказался возле Като, недовольно поглядывая на обоих братьев. Тайодо постарался на славу: шерсть лисы сияла и была гладкой и шелковистой. Лиска оказалась очень и очень красивой, хотя Шиге она нравилась и до этого.
- Ух ты! – восторженно захлопал в ладошки Сёши – А как ее зовут?
- Так и зовут – пожал Шигеаки плечами – лиса, лиска, лисонька. Милая моя, ты очень сердишься на то, что меня долго не было, да? Ты не злись, я больше так не буду. – Шиге протянул руку и лиса, подумав немного, все же подошла и ткнулась в нее холодным носом – Знакомься, лисичка, это – Сёши, мой младший братик. – Шиге подтолкнул малыша к зверю. Тот, как и брат, протянул руку, и лиса доверчиво лизнула ее.
- Шиге-кун. А твоя лиса: мальчик или девочка? – поинтересовался младший из братьев Като у среднего, радостно гладя лисью шерстку, что та терпела со смиренным спокойствием.
- А это так важно? – Шиге раньше не задумывался об этом.
- Важно! Только еще одной бабы у нас в доме не хватало! – серьезно нахмурился малыш.
Шигеаки засмеялся. Радостно, как будто тоже смеясь, затявкала лиса.
- Не надо так говорить, ладно? – обратился Шиге к братишке – Женщин нужно любить и уважать. И поменьше слушать нас с папой.
- Сёши-кун, ты куда пропал? Дуй домой – спать пора! – раздался голос Тайодо со двора.
- Ладно, давай, беги. Добрых снов – поторопил братца Шигеаки.
- Ты не замерзнешь тут? А то я скажу Тайо, чтобы он тебе еще одеял принес – заботливо сказал малыш.
- Спасибо, Сёши-кун, но не стоит. Я и так не замерзну. Передавай Тайо спасибо за лиску, только тихо, чтобы не услышала мама.
- Ага – и младший из братьев Като убежал из конюшни.
- Вот так, лисонька – обратился Шигеаки к зверю и, подойдя к его подстилке, бросил там свое одеяло – А меня наказали, отправили сюда спать, но мне даже хорошо. Тут хотя бы тихо. И тут ты. Мы уж не замерзнем как-нибудь, да?
Лиса одобрительно тявкнула и, дождавшись пока Шиге уляжется, растянулась рядом, вдоль его тела, согревая своей мягкой шерсткой…
…Като приснился лес. Его лиска бежала, уводя его куда-то, но, вдруг, пропала из виду. Шиге растерялся и замер, не зная, куда идти ему дальше. Оттуда, где исчезла лиса, неожиданно появился парень, к слову, абсолютно раздетый. Он был высоким, худым, красивым. Волосы у него были рыжие, челка прикрывала красивые, шоколадные глаза. К слову, еще у парня были лисьи мохнатые ушки и пушистый огненно-рыжий хвост. Он подошел к Шиге и приветливо улыбнулся:
- Хватит называть меня просто лисой – засмеялся парень – меня зовут Кей
Шигеаки пару раз открыл и закрыл рот, уставившись на парня во все глаза, а потом спросил невпопад:
- Все-таки ты мальчик, да?
Кей хихикнул и кивнул:
- Все-таки – да – потом он подошел к Шиге еще ближе и, что совсем вывело Като из состояния душевного равновесия, положил ладони ему на плечи.
- У тебя руки холодные – заметил Шигеаки, густо краснея.
- Так я ведь раздетый стою! Конечно, замерзнешь тут!
И Като, повинуясь безумным законам снов, обхватил руками талию парня и прижался к его груди, интересуясь:
- Так теплее?
- Значительно – прошептал парень куда-то в макушку Шигеаки и, приподняв его лицо, поцеловал. Като во сне совершенно не смущало то, что его целует парень. Раздетый парень. Раздетый парень, еще недавно бывший лисой. На то они и сны, чтобы в них ничего не смущало. К слову, ему было даже приятно, и он даже жарко отвечал на поцелуй, ощущая, что сходит с ума от того, что парень был таким сладким. В конце концов, парень – не девушка, за ним не надо бегать, ухаживать и боготворить его, он не будет надоедать разговорами и даже, возможно, будет помогать по хозяйству. В общем, Шиге во сне был очень даже не против такого расклада событий. Кей вдруг разорвал поцелуй и, проведя ладонью по волосам Шиге, прошептал – Мы еще увидимся, мой Шигеаки… Но пока я должен уйти, прости, пожалуйста… - и парень начал растворяться в воздухе. Като хотел было удержать его, но схватил рукой лишь пустоту. Пустота почему-то была теплой и мягкой. Шиге проснулся и понял, что лежит, вцепившись в лисью шерсть, а по лицу его, от чего-то, текут слезы…
…Утром Шиге открыл глаза после того, как его горячо и мокро лизнули в нос. Лиса сидела, глядя ему в лицо большими шоколадными глазами и Като мимолетно коснулся губами ее морды – так живо было воспоминание о сновидении.
- Мне называть тебя Кей, я правильно понял? – поинтересовался Шигеаки у лисы (вернее лиса) слегка сомневаясь в том, что сон – это не просто больной бред.
Лис тявкнул и утвердительно склонил голову, мол: «Все ты, Шиге, понял правильно. Снился тебе я, нечего даже и сомневаться…»
- Шиге, – в конюшню заглянул Тайодо – хорошо, что ты уже проснулся. Давай, сделай что-нибудь общественно-полезное и мы тебя с младшеньким на поле отдыхать отправим. Завтрак иди сготовь, пока все еще спят и молчат.
Шигеаки кивнул, поднимаясь и потягиваясь.
- Ладно, Кей, подожди меня немного. Мы тебя с собой на поле возьмем, хочешь?
Лис утвердительно тявкнул.
- Ну, все. Я скоро за тобой вернусь…
…Потекли счастливые деньки. Шиге обустроился жить в конюшне, на сеновале, в обнимку со своим лисом. Ночами его довольно часто посещали странные сны, и по утрам он больше всего хотел открыть глаза и увидеть в своих объятиях рыжеволосого парня. В его мыслях даже не было ничего о том, что это противоестественно. Он как-то привык к мысли, что хорошо ему, что он отдыхает от мира, в котором никто не считается с его мнением и все им командуют, только во снах. Днем, он все чаще убегал в лес или в поле. Словом туда, куда можно было бы взять с собой лиса. Отец и братья давно привыкли к странной привязанности Шигеаки к лису, которого тот называл Кеем.
Но однажды все спокойное течение жизни нарушилось. Шиге проснулся утром, как обычно рано. Прикоснувшись губами ко лбу своего лиса, он прошептал ему: «С добрым утром!» и вышел на улицу. Рассвет был каким-то зловеще-красным и Като отметил, что это не к добру. Сегодня ночью, к слову, должно было наблюдаться полнолуние, а это и так всегда было связанно с какими-нибудь необычными событиями. И они начались.
- Шигеаки, ты почему лохматый, словно тобой подметали полы?! – с этими словами Хиноки-сан встретила сына в доме – Дурная привычка – ночевать в конюшне. Зимой ты тоже там будешь спать? Иди – умойся. И одень чистую рубаху. К нам сегодня приедет твоя будущая невеста.
Шиге остолбенел. Как он мог забыть: ровно через неделю ему восемнадцать и его всенепременно женят! Нет, этого надо было как-то избежать. Он ни за что в жизни теперь не согласился бы на то, чтобы стать чьим-то мужем, когда у него есть Кей.
- Чего замер, Шигеаки? Неужели ты меня совсем не слышишь? Оденься по-человечески, а то, что о тебе люди подумают!
Шиге послушно умылся, причесался и переоделся, а потом сбежал в конюшню. Уткнувшись в лисий бок, он заплакал, как ребенок, жалуясь Кею, что к нему приедет невеста, которая ему даром не нужна. Лис выслушивал все, тихонько поскуливая и облизывая лицо Като своим горячим языком.
- Ты не волнуйся, мой хороший. Мы придумаем что-нибудь и обязательно сбежим с тобой вместе. - во дворе послышалось лошадиное ржание и зычный голос Хиноки-сан:
- Шигеаки, к нам гости!
- Я люблю тебя – Шиге расцеловал лиса и с криком – Иду, мам! – выбежал во двор.
- Встань ровно – шикнула Хиноки-сан, когда Шигеаки с красным и мокрым от слез лицом подбежал к порогу – Ты что, ревел? Еще мужчина называется, даже я не позволяю себе заплакать! Почему рубашка мятая и в волосах сено? Ты произведешь плохое впечатление на свою будущую жену!
- Плевать – выдавил средний из братьев Като сквозь зубы и с ненавистью уставился на девушку, которой помогал сойти с телеги ее отец. Она показалась ему просто отвратительной, хотя даже ценитель женщин Тайодо, ткнул брата в бок и шепнул:
- Ничего так, симпатичная. – девушку, должную стать женой Шигеаки, звали Тадашими.
- Прошу в дом, гости дорогие – улыбнулась Хиноки-сан и повелительным жестом пригласила приехавших. За столом Шиге не сиделось. Мать говорила что-то про приданное девушки, про то, что она хочет от будущего мужа. Шигеаки косился исподлобья то на матушку, то на будущую невесту и искренне проклинал их обеих.
- Шигеаки, может, вы хотите прогуляться с Тадашими, поболтать о предстоящей свадьбе? – предложила Хиноки-сан, зловеще улыбаясь
- Мечтаю – угрюмо подтвердил Шиге и вылетел из-за стола. Девушка вышла вслед за ним. Шигеаки шел молча, засунув руки в карманы. Тадашими была вынуждена бежать, чтобы не отставать от него.
- Да остановись ты хоть на секунду! – жалобно попросила девушка, когда они уже вышли за пределы деревни. Шиге замер и резко развернулся к ней. В глазах его полыхала злоба
- Я не женюсь на тебе, ясно? - он сплюнул на дорогу, заставив девушку скривиться – Так что можете убираться из нашего дома!
- Я тебе не понравилась? – глаза Тадашими наполнились слезами.
- Не ты конкретно. Мне вообще женщины осточертели! Сколько можно нами помыкать?! – Шиге решил отыграться на бедной девушке за всех женщин, которые портили его жизнь до этого момента – Дурацкая деревня! Дурацкие обычаи!
- А все равно не отвертишься – покосилась Тадашими из-под челки – Тебя мама жениться заставит!
- А вот и не заставит! – Шиге повернулся и побежал обратно в сторону деревни. Не заходя в дом, он бросился в конюшню. – Кей, - он прижал к себе лиса и погладил его по мягкой шерсти – Давай сбежим, а? Прямо сейчас!
- Шигеаки, ты куда, черт возьми, подевался?! – матушка Шиге, судя по голосу, приближалась к конюшне. Средний из братьев Като выбежал на улицу, чтобы не дать матери зайти в конюшню и увидеть лиса – Ты почему бросил Тадашими одну? Почему она вернулась вся в слезах? Как ты обращаешься со своей невестой? Что говорит нам бог? Почитать и любить женщин! Почему ты этого все время ослушиваешься? – поток гневной речи матери обрушился на Шиге, как сход лавины.
- Потому что, мам, мне надоело делать не то, что хочу я, а то, что хотите вы. Я свободный мужчина и я сам хочу выбирать свою судьбу, обустраивать свою жизнь! И я не хочу жениться, понимаешь?
- Что?! Что?! – лицо Хиноки-сан побагровело и она отвесила сыну звонкую пощечину – Как ты смеешь так разговаривать с матерью?! – ее голос сорвался на визг – Правильно говорили мне: не рожай этого ребенка, одни несчастья с ним будут! Так и выходит! Все! Свадьба будет и точка! Послезавтра! – и она, круто развернувшись на каблуках, ушла в дом. Шиге постоял еще немного посреди двора, а потом понуро двинулся к себе в конюшню. Гостей оставили в доме ночевать и вообще, подразумевалось, что они как-то медленно перебираются к семейству Като. Несмотря на уговоры отца и крики матери, Шигеаки остался спать в конюшне. Он долго не мог заснуть, глотая злые слезы и мысленно готовя планы побега…
…Като проснулся посреди ночи, потому что горячие пальцы ласково поглаживали его тело под рубашкой. Он открыл глаза и понял, что еще не все так плохо, раз сбылась его мечта, а именно – рядом с ним на сеновале лежал рыжеволосый, худой парень. К слову, привычно раздетый. Правда, у него не было, как во сне, лисьих ушек и хвоста, но так было даже лучше.
- Кей – еле слышно прошептал Като, жадно разглядывая своего лиса.
- Кояма Кейичиро, если полностью. – представился парень хриплым, севшим голосом, какой бывает, если долго не разговаривать. Рука Кея все еще была под рубашкой Шиге, но последний чувствовал, что парень теперь, когда Като проснулся, стесняется что-либо делать и поэтому он сам решительно придвинулся к лису, тесно прижимаясь к нему. – Я тебя никому не отдам – шепнул Кояма куда-то в макушку Шиге и обвил руками его шею – Никому – никому! Помню, ты еще помладше был и бегал в лесу просто так, пугая зверей и птиц, громко смеясь, а потом рассказывал брату, как ты с папой ходил на охоту. А я провожал тебя до опушки леса и любовался тем, как ты радуешься. А еще ты знал, что я за тобой хожу, и все время пытался меня поймать. Я тебя так давно знаю и имею полное право никому не отдавать тебя….
Шигеаки тихо рассмеялся, вспоминая, что, когда был помладше ему и правда, все время мерещилась в лесу лисичка, следующая за ним попятам, и как он пытался ее изловить.
- Кей, умоляю, давай убежим! Куда угодно согласен, лишь бы подальше отсюда и с тобой! – Шиге умоляюще вскинул на парня глаза
- Прости, но убежать прямо сейчас нам мешает одна проблема. У меня нет одежды – Кейичиро засмеялся и коснулся губами мягких волос Шиге.
- Утром принесу тебе вещи, обещаю – Като вдруг почувствовал горящую внутри страсть и жарко прижался губами к губам Коямы. Парень тут же начал отвечать на поцелуй, углубляя его, наваливаясь на Шиге сверху и обоим было так несказанно хорошо от того, что они так близко друг к другу. – Кей, давай хотя бы на ночь уйдем отсюда. Мне здесь тошно до жути! – попросил Шигеаки и Кояма усмехнулся:
- У вас ведь в деревне – голый парень, идущий по улице - это нормально, да?
- Да сплошные проблемы с этой твоей наготой! – разозлился Като – На лошади поедем, может и не заметно будет. – Шиге постелил на лошадь пару бывших платьев Нигаи и усадил Кея впереди себя. – Нно! – прикрикнул он и лошадь понеслась. Он решил, что хорошо им будет съездить к реке. С непривычки у Кея кружилась голова, когда перед глазами быстро проносились местные пейзажи, но чувствуя теплые руки Шиге на своей талии, он не боялся ничего. Вода была на удивление теплой, даже ночью и так хорошо было стоять рядом, когда теплые речные потоки ласкают тело и теплые руки друг друга делают то же самое…
Шигеаки, мать которого строго запрещала ему даже думать о девушках до женитьбы, вдруг почувствовал, что он очень возбужден и растерялся, не зная, что делать со своим состоянием. Кей тоже ощутил, как что-то твердое упирается ему в бедро и решительно обхватил рукой напряженный орган парня. Шиге вздрогнул и застонал
- Не бойся – прошептал Кояма, накрывая губы Като поцелуем. Шигеаки и не боялся, полностью отдаваясь во власть рук и губ парня, доверяя ему как себе, сходя с ума от переполняющих его ощущений. Кончил он быстро, содрогаясь всем телом, почти бесчувственно обмякая в крепких объятиях Кея, который вытащил его на берег и продолжил там ласково целовать.
- Мне с тобой так хорошо… - Шиге уткнулся в грудь своего лиса, доверчиво позволяя ему гладить свое мокрое гладкое тело – Скажи, а почему ты раньше не становился человеком?
- Боялся напугать – еле слышно ответил Кейичиро – А тут понял, что еще немного и потеряю тебя… - они полежали молча – Светает… - прошептал Кей, приподнимаясь – пора домой.
- Я не хочу – заупрямился Шиге.
- Обещаю, что мы сбежим, но не сейчас. Давай, одевайся, а то тебя потеряют и бросятся искать. Последний вопрос, пока я – человек: ты придешь ко мне сегодняшней ночью?
- Обязательно! – Шигеаки любовно коснулся губ Коямы и вновь тесно прижался к нему.
Кей тоже обнял парня, но потом мягко отстранился и отошел за прибрежные деревья. Выбежал он оттуда уже лисом. Като запрыгнул на лошадь и трусцой поехал в деревню, все время поглядывая вниз, на бегущую у лошадиных ног, лису.
- Шиге! Чтоб тебя! – его у ворот встретил Тайодо – Я ведь тебя потерял! Захожу будить: ни тебя, ни лисы, да еще и коня одного нету. Куда ты ездил-то с утра пораньше? Чего такой мокрый?
- На реку ездил, коня купать – коротко ответил Шигеаки – Что мне сегодня делать на благо родины прикажете?
- Мужайся, братишка. Сегодня тебе предстоит готовиться к свадьбе.
Лиса, слушавшая этот разговор, дико оскалилась и, гордо подняв хвост, ушла в конюшню.
- Тайо, помоги, а! Я не хочу жениться, понимаешь? – повис Шиге на брате – я из дома сбегу, ей богу, сбегу!
- Шигеаки Като, как же ты не понимаешь, что жена в нашей деревушке – неизбежное зло! Так велят боги, и тебе все равно придется жениться. Не эта девушка, так мать тебе другую подыщет. Так принято, понимаешь! – старший из братьев Като, похлопал Шиге по плечу
- Значит, я нарушу все традиции. Все, я пошел собирать сумку и сбегу из дома, вот так вот. – Шигеаки отодвинул с дороги брата и решительно двинулся в дом. Лис выбежал из конюшни и заливисто тявкнул, глядя на растерявшегося Тайодо.
- Шигеаки! Что это ты тут затеял?! – раздался громовой голос Хиноки-сан.
- Сбегаю из дома, разве не видно? – послышался тут же приглушенный голос среднего из братьев Като.
- Отец! Ты слышал это?! Где ты вообще, старый бездельник?! – Хиноки-сан выбежала на крыльцо и тут же всплеснула руками – Батюшки! Лиса! Это как же она пробралась сюда?!
- Ой! – на порог вышла сонная Нигаи и завизжала – А вдруг она бешенная?! Тайо, чего ты стоишь? Гони отсюда эту тварь! – женщина стянула с ноги туфлю и запустила ей в животное. Лиса резво отпрыгнула к забору и оскалилась - Она сейчас на меня набросится! – продолжала голосить жена Тайодо.
- Да успокойся ты, дура-баба! Никого лиса не тронет – попытался вразумить женщин Тайо, но тут на крыльцо вышла тетушка, и к женскому визгу добавился еще один голос. Лиса испуганно прижимала уши к голове, пятилась все дальше и дальше и вдруг шерсть на ней начала исчезать, тело вытягиваться и под изумленные и испуганные вскрики, вместо лисы на земле появился обнаженный парень. Как напоминание о том, что он только что был зверем, у него остались лисьи уши и хвост.
- Господи, стыд-то какой! – раскраснелась Нигаи, глядя на обнаженного юношу. Один плюс – все замолчали. Из дома вышел Шигеаки и, увидев Кея, стоявшего на коленях посреди их двора, подлетел к нему.
- Чего случилось? – шепнул он тихо, снимая свою длинную рубаху и принимаясь одевать ошалевшего Кояму. Лис молчал, просовывая руки в рукава и неумело принимаясь застегивать пуговицы. – Говорить, что ли не можешь? – догадался Като по тому, что Кей превратился с испугу в человека как-то не до конца. Парень кивнул, и из глаз его выкатилась слеза.
- Шиге! – очнулась его мать – Шигеаки, что это такое происходит?!
- Вы, бабы, хоть когда-нибудь не верещите? – поинтересовался он грубо, поднимая Кея на ноги и прижимая его к себе – Все знакомьтесь, это мой лис – Кей, я тут как раз собирался сбежать вместе с ним из дома, потому что я его люблю – заявил Шигеаки просто. Несколько минут все потрясенно молчали. Тишину нарушила Хиноки-сан, расхохотавшаяся в голос:
- Мой сын сошел с ума!
- А я всегда тебе говорила, что он – ненормальный – зашипела тетушка Охико, толкая сестру в бок.
- Да, я – ненормальный. Выгоните меня, пожалуйста, из дома – и Шиге, чтобы окончательно свести всех с ума, притянул Кейичиро к себе и горячо поцеловал его. Лис, видимо, начал успокаиваться под теплыми прикосновениями Шигеаки и уши с хвостом исчезли, а голос вновь появился.
- Что ты делаешь, Шиге? – тихо спросил он у Като, продолжая прижиматься к нему.
- Я тебя люблю - прошептал тот. – Господи, как же я люблю тебя - повторил Шигеаки, сжимая Кея еще сильнее – Все слышали? – обратился он к присутствующим во дворе родственникам – Я люблю его! И я не женюсь ни на ком, потому что у меня уже есть тот, кого я люблю! Единственный, с кем я готов провести свою оставшуюся жизнь, ясно?! – Шиге вдруг заплакал, утыкаясь в плечо Коямы. Одновременно с этим медленно стали падать на землю капли дождя, но все продолжали стоять и смотреть молча на то, как Шигеаки, их родственник, брат, племянник, сын, будущий муж для кого-то, тесно прижимается к какому-то тощему рыжему парню, бывшему пару минут назад лисой, и шепчет о том, как он его любит. Сверкнула молния, дождь усилился.
- Молнии, гром… - зашипела тетушка Охико – на наш дом точно обрушится гнев богов, которые приказали почитать и любить женщину, а этот безумец клянется перед всеми в любви к мужчине…
- Будь проклят тот день, когда я родила это чудовище на свет… Ты, Шигеаки Като, больше не мой сын. - твердым голосом сказала Хиноки-сан и, медленно развернувшись, ушла в дом. За ней ушли Нигаи и тетка, Тадашими, неизвестно когда успевшая выйти, малыш Сёши. Во дворе остались лишь Тайодо и обнимающиеся Кей и Шигеаки.
- Ты понимаешь, что натворил, братишка? – поинтересовался Тайо тихо, зная, что все равно будет услышан – Тебя ведь больше не пустят домой никогда…
- Понимаю – ответил Шиге так же шепотом.
- Да тебя и в деревню больше не пустят.
- Понимаю – вновь ответил средний из братьев Като.
- Хотя, ты – молодец! Я горжусь тем, что ты мой брат! Ты первый, кто смог сказать всем этим клушам в лицо, как же они всем надоели.
Шигеаки засмеялся:
- Знаешь, мне все равно хорошо, ни смотря не на что. Спасибо, Тайо-кун, что всегда мне помогал. Ты – самый лучший брат на свете. – он выпутался из объятий Коямы и подошел к брату, уважительно пожимая его руку - Ладно, нам пора идти, пока матушка в конец не разбушевалась и не испепелила нас всех вместе с домом. Идем – Шиге взял Кея за руку и они, не оборачиваясь, пошли за ворота их дома. Шел дождь, и людей на улицах не было, но они смотрели в окна, живо обсуждая, как мимо их домов, по дороге из деревни идут, держась за руки два парня. Один раздетый до пояса, другой – только до пояса одетый…
…Через пять дней ранним утром Шиге, лежавший на каменистом полу лесной пещеры, укутанный ворохом разнообразных вещей проснулся от того, что было нестерпимо жарко. Рядом с ним сидел Кей и смотрел на него своими шоколадными глазами очень удивленно.
- С днем рождения, Шиге. Вообще-то я ожидал, что что-нибудь произойдет, но чтобы уж так…
Шигеаки очень удивился тому, что он вдруг начал понимать, ни с того, ни с сего, тявканье лисы. Раньше ему это никак не удавалось. Он выпутался из одежды, потянулся и неожиданно понял, что он тоже ну никак не человек.
- Чего со мной? – испугался он, вжимаясь в холодную каменную стену.
- Да тише ты, не бойся - Кей подошел к нему, и ткнулся носом в его бок – Разве тебе не нравится?
- Что со мной? – повторил Като слабеющим голосом, оглядывая свои темные мохнатые лапы и бурый хвост с черными волосками на кончике.
- Помнишь, твоя мать сказала, что пусть будет проклят тот день, когда ты родился, и что больше сына у нее нет? Страшная вещь: материнское проклятие. По-моему, тебя больше не существует. – авторитетно заявил Кояма, склоняя голову на бок.
- То есть как так?! – Шиге перепугался еще больше.
- А вот так. То есть ты, конечно, есть, но больше нет человека – Шигеаки Като, среднего из братьев Като, жившего когда-то в деревне N и чуть не женившегося на девушке, по имени Тадашими. Есть ты – свободный лис. Мой Шигеаки… - Кей прижался к испуганной лисьей мордочке своей и обвил Като хвостом – так даже лучше, по-моему. И ты ничего не бойся, я научу тебя быть зверем. Пока я рядом, тебя никто не тронет. Да я тебя никому и не отдам, ясно? Я считаю, что теперь я один на свете имею полное право никому тебя не отдавать! И у меня одного, на всей земле, отныне и навсегда есть исключительное право: право на твою любовь…
...А еще через пару дней, все мужчины деревушки N взяли и ушли от своих жен, в поисках лучшей жизни, в другие деревни. Те, не привыкшие сами о себе заботиться, стали искать других мужчин, которые бы считали их богинями, да так и не нашли. Пришлось им учиться самим себя обеспечивать. А еще у местных жителей появилась легенда о двух лисах, которых всегда видели вместе. Лисы эти часто бывали ночами у реки, где они превращались в двух, удивительно красивых, молодых юношей и были там счастливы друг с другом, а потом вновь превращались в лис и исчезали в темноте леса. Но мы-то знаем, что это была вовсе не легенда...